Древняя Русь. От «вождеств» к ранней государственности. IX—XI века - Евгений Александрович Шинаков

Именно в северо-восточной части этих позднероменских «выселок», а также непосредственно вблизи их восточных границ в междуречье Десны и Ветьмы встречены гибридные радимичско-северянские, радимичско-вятичские и северянско-вятичские варианты лучевых височных колец, а также ранневятичские височные кольца. Они встречены в единичных экземплярах и свидетельствуют, скорее всего, об экспериментах ювелиров, все же завершившихся в XI в. появлением четко этнокультурно привязанных их групп (III и V — лучевых радимичских и северянских, семилопастных вятичских) и одной общей — для вятичей и радимичей (типа «Сельцо» либо «Деснинского типа») (Гурьянов, Шинаков, 2006. С. 79–80). На западных, не входивших в юго-восточное надплеменное объединение землях этнокультурных радимичей таких «гибридов» не встречено.

В археологическом плане изучение восточных радимичей, или западного «языка» юго-восточного объединения, представляет парадокс. При очень хорошей, еще с конца XIX в., изученности курганных древностей здесь нормально не исследовано ни одно синхронное им поселение X — начала XI в., нет артефактов ромейской культуры (в отличие даже от более западного Гомельского региона). Создается впечатление, что в X в. славян здесь еще не было (имеются колочинские материалы) и этот «язык» заселялся с северо-востока представителями нового позднероменского объединения, клады монетной системы которого здесь встречены, причем подгонка монет к ней и даже отливка подражаний иногда производилась на месте (Гордеевский клад, 951–952 гг.). Впрочем, напомним, есть точка зрения, что радимичи создали свой метрический вариант новой системы (Грачев, Лебедев, 2015. С. 72), и тогда Гордеевский клад (между селами Мало— и Великоудебное) маркирует мастерскую по производству средств обращения этой системы. Неподалеку от него, также на юго-востоке земли радимичей, обнаружено еще два клада и одно местонахождение, содержавшие обрезанные в кружок дирхемы, правда датирующиеся не периодом расцвета северянско-радимичской общности, но ее гибели — 70–80-ми гг. X в. (клады у с. Ивановка, Лотаки и Безымянный (Новозыбковский), а также недатированный пока обрезанный саманидский дирхем из с. Верхичи весом 2,41 г). Клады накапливались с обеих сторон русско-радимичской границы во второй период действия «своей» метрической системы (в 50-х гг. — начале 80-х гг.) не столько из-за воздействия военного фактора, сколько потому, что это были конечные пункты их проникновения, ибо «особенно активно клады выпадают в узловых и конечных пунктах движения монетного потока благодаря скоплению значительного количества серебра» (Фомин, 19886. С. 80). В земли радимичей дирхемы могли проникать как с юга, из «Сновской тысячи» «Русской земли», однако попадая туда все же через северянское Посемье (Фомин, 19886. С. 76–77), так и прямо с востока, через Севск — Кветунь — Бобрик — Стародуб, пересекая поперек клин «Русской земли» (что было возможно только во время мирных с ней отношений). Третий вариант все время проходит только по территории северянско-радиминского «протогосударства», минуя Русь вообще: от Севска на север по одному из северянских берегов Десны до Брянского ополья, далее по «коридору» между Десной и р. Крупец (на ней был найден Малфинский клад с дирхемами, лучевыми кольцами и слитками-гривнами) (Шинаков, Зайцев, 1993), или лесами севернее Десны — в землю радимичей.

Между коренными роменскими землями — северянским ядром юго-восточного объединения и западными радимичскими «выселками» — проходил вытянутый на север вдоль рек Снов, Вабля и Судость «язык» «Русской земли» X в., по которому проходил путь «Большого полюдья» (Шинаков, 1986; 19906). Ширина «языка» на юге, в районе Стародуба, маркируется скоплением разнотипных кладов сразу к западу и востоку от Стародубского ополья. На западе граница двух их типов проходит к востоку от Новозыбкова, через внеплеменное торгово-ремесленное поселение (или ОТРП) у села Рябцево, на востоке — между «русской» агломерацией Бобрик — Синин (во 2-м Бобрикском кладе, закопанном примерно в середине X в., при абсолютном преобладании монет «общерусской» системы[163], встречено восемь обрезанных в кружок подражаний из 123 экземпляров) (Калинин, Молчанов, 1998. С. 64–65). Ширина разрыва между двумя частями юго-восточного объединения здесь превышает 80 км, так как на востоке к нему точно относится только Трубчевское и Вара-Судостьское ополья, а Погарское пред ополье между ними и Стародубским опольем представляет собой широкую пограничную зону. Крепости в Левенке и «Синине Мосте», сопровождаемые русско-скандинавскими дружинными древностями, говорят об этом регионе (Стародубском ополье) как о своеобразном «укрепрайоне», северо-восточном форпосте «Русской земли». К северу «станы» русов проходят вдоль Судости по Присудостьскому ополью, смешиваясь кое-где и с роменским населением, с выходом на Десну чуть западнее Вщижа. В последнем раскопки 2014 г. (автор книги и В.Н. Гурьянов) выявили остатки позднероменских укреплений X в.; также в его окрестностях были зафиксированы лучевые височные кольца, а на самом городище встречен обломок подражания саманидскому дирхему, обрезанному в кружок. В любом случае в верховьях Судости, на ее водоразделе с Десной и ее притоком Гасомой на западе Брянского ополья перекрещивались путь «Большого полюдья» русов и узкая (от 15 до 35 км) полоса, соединяющая две части территории юго-восточного объединения. Ширина ее не могла быть большой, однако в случае необходимости можно было обойти ее севернее, с Болвы на Ветьму, через долинно-зандровые леса, Русью явно не контролировавшиеся (лучевые и «гибридные» кольца найдены и на Ветьме, и на ее междуречье с Десной).

В любом случае в конце правления Игоря, при Ольге и Святославе, да и Ярополке, Руси было не до этих земель. Для понимания последующих событий (в частности, времени присоединения Русью соединительного «коридора» и Брянского ополья в целом), а также просто ширины «коридора» от Десны на юг, важны точная датировка и метрический состав дирхемов, а также тип лучевых колец и гривен-слитков Малфинского клада, найденного в 35 км к югу от Десны на вщижском участке ее течения. Судя по сочетанию дирхемов, лучевых колец и гривен-слитков, он может датироваться концом X в., однако здесь важна большая точность, но клад известен только по краткому описанию, и вряд ли эта ситуация изменится.

Привески с тератологической («чудовищной») семантикой, имеющие скандинавское происхождение, но далеко не всегда скандинавского производства, — один из археологогеральдических индикаторов потестарных процессов на территории Юго-Востока Руси в IX–XI вв. Привески данной группы указывали на рангово-статусное положение их владельцев. Ряд находок, датируемых X в., оконтуривает территорию северянско-вятичско-радимичского предгосударственного образования, указывая на возможные форпосты для будущего покорения этого предгосударства. Особенно много их в северной части «Русской земли» — Стародубском ополье, которое вклинивалось между землями северян и радимичей. Именно здесь встречено максимальное для Юго-Востока число разных типов и вариантов дружинных «должностных знаков» с тератологическими изображениями, а также их поздних дериватов-реплик (Шинаков, Чубур, Пискунов, 2021).

Третья часть территорий, контаминированных с